Израиль движется к выборам 27 октября, и страна устала. Не просто устала от войны, хотя это тоже часть проблемы. Устала от одних и тех же лиц, от коалиций, держащихся на честном слове, от ощущения, что никто по-настоящему не управляет. Это не очередное рутинное голосование. Это похоже на приговор: способен ли Израиль еще управлять собой.
Правая коалиция, которую так долго возглавлял Биньямин Нетаниягу, трещит по швам. Его партнеры — Смотрич, Бен-Гвир, харедимные партии — выполняют свои обещания: поселения, традиции, сопротивление давлению. Но цена оказалась высокой. Правительство часто выглядит более озабоченным сохранением себя, чем исправлением того, что сломалось 7 октября. Провалы в безопасности, изнурительные войны, ощущение, что личное выживание движет решениями больше, чем национальное исцеление, — все это подорвало доверие даже среди тех, кто голосовал за него. Опросы показывают, что коалиция балансирует ниже необходимого количества мест.
С другой стороны формируется нечто новое. Нафтали Беннет и Яир Лапид объединились в «Беяхад» («Вместе»). Беннет привносит националистический стержень и опыт премьер-министра. Лапид — центристский охват и светскую репутацию. Их объединенный список идет в опросах ноздря в ноздрю с «Ликудом». Это не левая мечта. Это правоцентристский блок, который серьезно относится к безопасности, но устал от того, что крайности диктуют условия. Правительство под руководством Беннета могло бы наконец заказать настоящее государственное расследование событий 7 октября без той оборонительной позиции, которая блокировала его до сих пор, и продвинуть реформы управления и интеграции харедим, которые застряли на годы.
Более глубокая проблема — фрагментация. Харедимные партии продолжают получать освобождение от военной службы и растущие бюджеты, в то время как светская публика несет бремя. Ультраправые продвигают повестку, которая восхищает их базу, но изолирует Израиль на международной арене. Арабские партии находятся на обочине, имея влияние без реального партнерства. Все — фракция. Никто — нация.
Здесь Тора говорит нечто, что проникает глубже любого опроса.
Любавичский Ребе учил, что в каждом поколении еврейский народ должен участвовать в выборах, даже ожидая истинного руководства, основанного на Торе. Голосование — это не просто гражданский акт. Это обязанность выбрать путь, который приблизит народ к его божественной цели. Раввин Ицхак Гинзбург писал, что первый приоритет любого лидера — целостность еврейского народа — единство, которое Баал-Шем-Тов называл Ахават Исраэль, любовь к каждому еврею без оговорок. Прежде любой политики, прежде любой границы, лидер должен исцелить раскол между евреем и евреем. Это основа. Без нее ничто другое не устоит.
Ивритское слово «мир», шалом, происходит от того же корня, что и шалем — целый. Не может быть мира без целостности. Нация, расколотая внутри себя, не может принести мир своей земле или своему народу. Талмуд учит, что Второй Храм был разрушен из-за синат хинам — беспричинной ненависти между евреями. Сейчас мы находимся в «Трех неделях», днях, ведущих к Тиша бе-Ав, когда мы оплакиваем это разрушение. Послание — не древняя история. Это — эти выборы.
Пророк Билам, из всех людей, увидел Израиль ясно: «народ, который живет один, и не числится среди народов». Эта отдельность была и благословением, и бременем. Она сохранила нас отличными, способными принять Тору и жить по ней. Но она также оставила нас уязвимыми, и когда мы обращаемся друг против друга, нам не на кого больше опереться.
Эти выборы — об ответственности против инерции. У Нетаниягу есть реальные достижения: «Соглашения Авраама», противостояние Ирану, навигация во враждебном мире. Но пребывание у власти слишком долго породило самоуспокоенность и углубило разногласия. Лидер в понимании Торы — не правитель. Лидер — слуга. Моисей был назван самым скромным человеком на земле, и именно поэтому он мог нести народ.
Подъем «Беяхад» — знак того, что избиратели устали от статус-кво. Сдвиг не решит проблему Газы за одну ночь, ни Иран, ни внутренние разногласия. Но он может восстановить ощущение, что кто-то действительно пытается управлять, а не просто выживать. Израиль переживал и худшие времена. Вопрос в том, потребует ли достаточно людей лучшего или согласится на знакомое зло.
Избирательная урна в октябре покажет, сможет ли центр удержаться, или окраины продолжат разрывать нас. Ставки не просто политические. Они — того рода, о котором говорили пророки: сможет ли нация повернуться к единству, пока не стало слишком поздно.